«Девочка может быть джедаем». Психолог — о гендерном воспитании в 2020 году
В преддверии праздника, в который женщинам и девочкам в очередной раз пожелают «оставаться самыми нежными и украшать коллектив», спрашиваем семейного психолога, преподавателя факультета психологии МГУ Галию Нигметжанову, какой должна быть женственность (а заодно и мужественность) в мире гендерного равенства и почти победившего феминизма.
Почему формулы «Терпи, тебе ещё рожать», «Не реви, как девчонка» сегодня больше не работают?
Для начала нужно разобраться, почему они работали раньше. Наша страна видела много войн, мужчины проходили через длительную военную службу, где действительно надо было выносить невероятные тяготы. И ты их не вынесешь, если изначально не будешь воспитан в этом мировоззрении выносливости, терпения, длительного пребывания в чисто мужском сообществе. Поэтому отчасти формулировки «парни не плачут», «надо быть мужиком» были связаны именно с этим.
Женщины вынужденным образом оказывались в положении, когда за мужчин приходилось сражаться в обычной жизни: в связи с теми же войнами их было меньше. Нужно было какими-то невероятными усилиями притягивать мужчин к себе, удерживать их — отсюда все эти бабушкины присказки «За такой борщ тебя муж из дома выгонит» и так далее.
Соответственно, и взгляд на семью тогда сильно отличался от современного. Семья была очень закрытой ячейкой, неприемлемо было выносить сор из избы, с кем-то обсуждать отношения с супругом и так далее.
Ситуация начала меняться относительно недавно, только в последние лет 30 люди стали понимать, что семейная жизнь — это не бесконечное терпение, смирение, а скорее партнерство, дружба, эмоциональное принятие друг друга, доверие.
И тем не менее многие гендерные стереотипы, которые люди используют, воспитывая детей, всё ещё живы.
Мне кажется странным, что мы какие-то воспитательные стереотипы жёстко привязываем к гендеру. Потому что «Терпи, тебе еще рожать», «Будь мужиком» и многое другое — это всё составные части общего взгляда на жизнь.
Они про терпение, про то, что жизнь — борьба. А если жизнь такова, можешь ли ты расслабляться, показывать настоящие эмоции? Например, плакать, когда тебе больно, или ярко радоваться чему-то? Нет, не можешь.
Другое дело, что сегодня от концепции «жизнь — борьба» маятник качнулся в совершенно другую сторону. Родители из лучших гуманистических побуждений теперь воспитывают детей в формате «реализуй себя, прислушивайся к себе, ты достоин лучшего».
Мы стали действительно много внимания обращать на то, что ребёнок чувствует, что ему нравится, прислушиваться к его мнению независимо от возраста.
Это плохо?
Тут важно соблюсти баланс. Если человек с младенчества растёт в атмосфере, где ему постоянно говорят: «Ты самый лучший!» — где его мнение считается самым важным и правильным, он вырастет в понимании себя, своих потребностей, желаний. Но не станет зрелым, сильным в том смысле, что не сможет отстаивать, реализовывать эти свои потребности и желания. Потому что для этого нужно сильное «я», а сильное «я» укрепляется в трудностях, в преодолении.
Читайте также:
4 верных способа вырастить хронического безработного
Зрелость появляется, когда человек понимает свои ограничения на сегодня: что я могу на самом деле, или что я способен сделать, чтобы смочь больше. Но для этого нужен жизненный опыт. А если родители окутывают ребёнка ватой, пытаются постоянно оградить его от трудностей, внушают, что во всем виновато окружение, а не он, то ребенок в результате получает очень рафинированный жизненный опыт. И, столкнувшись с настоящими трудностями, не сможет их преодолеть самостоятельно.
Как тогда найти золотую середину в воспитании?
То хорошее, что родители могут сделать по отношению и к мальчику, и к девочке, — это не ограждать их от трудностей, а быть рядом в процессе приобретения самого разного опыта. Потому что маленькому незрелому существу остаться с трудностями один на один — это шаг к тому, чтобы стать более слабым.
Ведь даже рядом с растущим джедаем всегда должен был быть какой-то наставник. Он не сражается вместо маленького джедая, не поддается ему, но, когда ученик терпит поражение, наставник всегда рядом. Он может принять слёзы джедая, говорит: «Да, мы погоревали, это было трудно, но завтра мы с тобой продолжим свой путь. Потому что, если мы не будем следовать по этому пути, ты не станешь настоящим воином».
Тот же процесс горевания, кстати, очень важен, нельзя ограждать от него ни девочек, ни тем более мальчиков. Потому что мальчик, который прошёл через этот опыт, с большей вероятностью станет тем самым «настоящим мужчиной».
Что такое «настоящий мужчина»?
Люди двух гендеров, мужчины и женщины, на самом деле ждут друг от друга практически одного и того же. Принятия, заботы, эмоциональной настройки друг на друга, умения быть рядом в горе и радости. Абсолютно одинаково, да? Но есть ещё природа, которая создала два гендера немножко разными.
У мужчин и женщин есть свои, чисто физиологические особенности, и с этой разницей мы не можем не считаться. Показывать её детям тоже необходимо
У нас как-то был тренинг для младших подростков, ребят 11–12 лет. И мой коллега, молодой человек, обратился к мальчикам с просьбой: «Парни, давайте стулья расставим». Девочки возмутились: почему, мол, вы обращаетесь только к мальчикам? После этого мы даже обсудили со всеми ребятами ситуацию на самом тренинге. И пришли к выводу, что да, стулья могут действительно поднимать и девочки, и мальчики. Но мальчики, желая посоревноваться друг с другом, могут носить по два-три стула. Девочки тоже могут увлечься соревновательностью, а тут уже возникают определенные физические риски, связанные в том числе с тем, что до определенного возраста девочкам не рекомендуют поднимать тяжести. Дети это объяснение приняли, хотя первой реакцией было возмущение.
Почему они так отреагировали, как думаете?
Возможно, девочки приняли нашу просьбу за ущемление их прав. У меня был похожий пример в практике. Пришла мама, очень расстроенная, со своей дочерью 11 лет. Ребёнок, мол, стал делать заявления, что категорически не хочет быть девочкой.
Мы начали разбираться, что с девочкой происходит, и выяснились очень простые вещи. Она, например, хочет играть с мальчиками, но учительница стыдит её за это «пацанство». Или она бежит куда-то с ребятами из класса, пытается быть в этой гонке первой, а кто-нибудь из взрослых делает замечание: надо было дождаться, когда мальчики откроют ей дверь, пропустят, иначе это совсем не женственно.
Лидерское поведение этой девочки постоянно получало негативную оценку со стороны, и у нее сложилась очевидная картина: проблема только в её гендере
Конечно, мы поговорили с ней о том, как можно вести в себя в подобных ситуациях, как разговаривать со взрослыми, которые пытаются навязать стереотипы, как отстаивать себя. О смене гендера речь больше не шла. И это еще один пример того, как важно не закутывать ребёнка в вату, а хорошо разобраться, что происходит, вместе найти пути решения проблемы.
А как правильно вести себя родителям мальчиков, которые вместо машинок, например, хотят играть в куклы?
Есть такой возраст, когда и мальчики, и девочки что-то примеряют, в том числе мамину одежду, украшения, когда и мальчики, и девочки с одинаковым любопытством и отважностью лазят по деревьям и изучают, как работает рогатка.
Раньше у всех ныне цивилизованных народов дети до определённого возраста вообще ходили в одежде, похожей на девичью, носили длинные волосы — вспомните ту же русскую классику, рассказы наших великих писателей о своём детстве. Не было никаких различий: дети были просто детьми, им не приписывались какие-то роли в обществе.
Зато переход в другое качество часто был ознаменован какими-то особенными церемониями, ритуалами, мальчика сажали на коня, девочке дарили какое-нибудь украшение и так далее. Сами дети при этом четко осознают свой гендер к двум годам, но социальное окружение до определенного возраста никак в этом смысле на них не давило, а потом четко задавало вектор, показывало, чего от них ждут.
В современном обществе это так не работает, но и самонадеянно обманывать природу, немедленно идти навстречу какому-то ситуативному мнению ребенка тоже странно. Скорее важно терпеливо пройти с ребенком путь, на котором он осознает свою идентичность, мудро сопроводить его, искренне рассказывая в том числе о своих чувствах и переживаниях.
Девочкам обязательно говорить об их привлекательности — это то, в чём они действительно нуждаются. Да и мальчикам тоже, а еще напоминать, какие они сильные, заботливые, что на них можно положиться. Пусть даже дети достаточно долгое время всё делают вместе — наряжаются, играют, сражаются, — всё равно важно предлагать им какие-то образцы, показывать, как правильно себя вести. Не давить, не делать это ортодоксально («Не реви», «Будь смиренной»), а просто прививать некий культурный код, давать опоры — это то, что называется воспитанностью, хорошими манерами. И это то, что нужно самим детям. В силу отсутствия жизненного опыта им важно иметь какие-то ориентиры в жизни, а вот какими они будут — решать родителям.
Они сами могут стать таким примером, верно?
Да, но только делать это надо честно. Если спросить многих взрослых, как дела у них самих, в их семейной жизни, на работе, какие качества своих партнеров они ценят, чего им не хватает в общении, то окажется, что женщины были бы совсем не против, если бы мужья тоже умели готовить, больше занимались детьми.
А мужчины были бы рады видеть в женщине не «слабую половину», а друга, партнёра, на которого можно положиться
Так, может быть, именно это и стоит транслировать детям? Не повторять заученные патриархальные формулы вроде «Ты же девочка» или «Будь мужиком», а, наоборот, вместе с мальчиком укладывать любимого мишку спать, помогать девочке забивать голы на футболе.
Важно осознавать, что мы растим детей не для вчерашней жизни, а для сегодняшней, для будущего. И важно не ограничивать их, а, наоборот, дать возможность получить совершенно разный опыт. Тогда в будущем они в любом случае найдут себя, поведут себя достойным образом в любой ситуации.
Роли отца и матери сегодня тоже изменились?
У отцов и у матерей опять же есть какие-то природные возможности, которые обойти очень трудно. Женщины, например, как правило, лучше чувствуют тонкие эмоциональные настройки ребёнка; нередки случаи, когда мама выступает неким толмачом, переводчиком для отца — объясняет, почему ребёнок плачет, что ему сейчас нужно и так далее.
Работая со взрослыми людьми, я часто слышу истории типа «я очень любил веселиться, фантазировать вместе с отцом, но если что-то случалось, бежал за утешением к маме». Есть известная психологическая работа Луиджи Зойи, которая так и называется — «Отец». Она начинается с того, что автор описывает отцовский жест Гектора, который, когда у него родился сын, вынес младенца из дома, поднял над головой и показал людям. Мама, у которой рождается ребёнок, никогда так не поступит. Она, наоборот, будет прикрывать его от чужих глаз, прижимать к груди. Это самый яркий пример того, что делает мама (защищает, оберегает) и что делает отец (знакомит человека с миром).
В современной семье роли отца и матери — это скорее результат договора конкретной пары. Сейчас нет жестких предписаний, что делает отец и что делает мать. Но очень хорошо, если у ребенка есть двое значимых взрослых, эти значимые взрослые уважительно, тепло относятся друг к другу и разделяют вот эти функциональные роли между собой. Кто будет отвечать за нежность и заботу, а кто — за знакомство с миром, сегодня уже не так важно. Главное, чтобы всем участникам процесса было комфортно и радостно.
Иллюстрации: Shutterstock (Helga Khorimarko)
